# Самоназначенная жертва

Алексей Алексеевич Дидуров

Алексей Дидуров


САМОНАЗНАЧЕННАЯ ЖЕРТВА


Фаина Каплан (настоящее имя Фаня Ефимовна Ройдман) 30 августа 1918 года была задержана помощником комиссара пехотной дивизии Батулиным спустя несколько минут после выстрелов неизвестной террористки в Ленина во дворе завода Михельсона -- Фаня стояла спокойно под деревом в конце соседней улицы, прижимая к себе портфель и зонтик. Батулин оказался около не случайно -- с заводского двора погнался за двумя быстроногими девушками, не догнал их, но увидел Фаню и схватил ее. В Замоскворецком военкомате ее обыскивают, никакого оружия при ней не оказывается, но спустя месяц спохватывается куратор следствия, высокий чин ВЧК Петерс, и упоминание о браунинге, найденном при задержании у Фани, вдруг появляется в документах. При этом в них отсутствует упоминание о том, что за такое короткое время Фаня после выстрелов у завода не смогла бы оказаться далеко от него -- в ее разбитых старых ботинках из подошв торчали гвозди, так сильно ранящие ее ступни, что солдаты конвоя вынуждены были вложить в ее ботинки сложенные конверты вместо стелек -- чтобы она могла ходить, не хромая, каковое обстоятельство попало в протокол самого первого допроса и в опись конфискованных при задержании предметов (где ни слова об оружии!). Показания свидетелей едины и в том, что у стрелявшей в Ленина в руках не было ничего, кроме пистолета, который она бросила, отстрелявшись, под ноги шоферу своей жертвы, скрываясь в толпе.

Этими деталями заинтересовался следователь ВЧК Кингисепп, начавший на их основании склоняться к мысли, что схвачена вовсе не та, которая стреляла. За что Кингисепп был срочно отстранен от следствия и послан в глухое большевистское подполье Эстонии до скончания дней. Его шеф, Петерс, приказывает изъять арестованную из тюрьмы Лубянки, заточить в Кремле, после чего по телефону (!) требует ее срочно расстрелять, что и было сделано, причем устный приказ об убийстве никак не документируется, а тело сжигается, то есть исчезает бесследно. В чьих интересах пресечено следствие и уничтожается даже труп Фани? Кому выгодно после этого десятилетиями громогласно выставлять ее стрелявшей?

Да, Фаня уверяла, что стреляла она. Но и до революции, и после она брала на себя при арестах деяния других, и в ВЧК это знали, имея досье на всех революционеров России и владея жандармскими архивами. Кому понадобилась на роль козла отпущения эта жертвенная молодая женщина, имевшая проблемы со зрением, физически и психически сломленная еще до Октября в тюрьмах, на каторге, но принципиально ни разу не вступившая ни в одну партию? Считается, что она в качестве супертеррористки и ненавистницы большевиков нужна была, чтобы начать истребление эсеров (в партии которых не состояла). Но только ли? Не была ли Фаня прикрытием неудавшейся попытки убрать Ленина силами большевистской ВЧК в интересах его верхушки -- Ленина, в марте 18-го вернувшего по Брестскому Договору с Германией в Россию право на частную собственность, а следовательно, отменившего курс на социализм?

Впрочем, пусть их. Им, там, наверху, всегда есть что тянуть на себя, зачем, почему и как друг друга убирать с вожделенной вершины пирамиды. Но зачем сама Фаня взяла на себя чужой терракт, грех кровопролития?

А зачем Иисусу Христу понадобилось брать на себя все наши прегрешения -- прошлые, сущие и будущие во веки веков? А вот понадобилось...

И еще. На каторге, в тюрьмах и ссылках Фаня сглаживала разногласия спорящих, мирила петушащихся идейных забияк, на революционный манер деливших шкуру еще не убитого ими российского медведя. За границей герои 905-го и 917-го годов, уцелевшие под свинцовым ливнем красного террора, в своих эмигрантских мемуарах о Великой Русской Революции вспоминают Фаню с редкой для них теплотой и даже нежностью, а некоторые и с восхищением. Ведь мало кто был так немощен и болен, и при этом так стоек и мужественен, как Фаина. Не зря ее так высоко ценил брат Владимира Ульянова -добрейший человек, врач Дмитрий Ульянов, как, впрочем, и сам Ленин, не понаслышке знавший об этой всеизвестной в левых кругах женщине. Последнее обстоятельство особенно работало против версии ЧК... Но тогда почему! Еще раз - почему она взяла покушение на себя?!

Почему?.. Да потому, что знала - уж если левые всех мастей начнут изводить друг друга, то не успокоятся, пока не довершат самоистребления. Слишком долго она делила сними арестантский тесный быт... То же, кстати, знал о левых и Гитлер, поэтому приказал в концлагерях, куда их всех упрятал, к баракам коммунистов охранниками приставлять заключенных-социалистов, а к баракам социалистов - заключенных-коммунистов, и не было даже среди эсесовцев церберов более жестоких, сторожей более надежных, чем эти бывшие рот-фронтовцы.

Фаня предвидела, что распря среди леваков приведет к наиширочайшей социальной и политической катастрофе и океанам крови. Но уже не было Фани в живых, когда Сталин расколол европейский Рот-фронт (союз всех левых сил), назвав в кремлевской речи всех социалистов Европы "социал-фашистами" за их отказ подчиняться лично ему, и этим Кремль открыл Гитлеру дорогу к власти. Все, что Фаня могла сделать, чтобы остановить братоубийственную войну российских социалистов, она сделала - взяла выстрелы в Ленина на себя. Между прочим, по некоторым свидетельствам, сам Ленин в вину Фани не поверил...

Так вы говорите, самоотречение - сказка для самых маленьких? Не знаю, не знаю...

Ладно. Короче. Есть женщины в русских широтах. Есть. Ну, были!